+7 (499) 110-86-37Москва и область +7 (812) 426-14-07 Доб. 366Санкт-Петербург и область

Значимость профессии историка в обществе

Значимость профессии историка в обществе

Нет такого историка, который не занимался бы социальной историей. Даже если он будет говорить, что он ею не занимается, я легко объясню, что это не так… Самая актуальная задача — подготовить историков, которые смогли бы работать на базовом уровне, но уже овладев всем богатством новых подходов и методов. Спрос на таких исследователей будет велик. И ее общественная значимость сейчас осознается в степени даже большей, чем лет 10 — 15 назад. Тогда можно было часто услышать разговоры — в такси, со случайными попутчиками: зачем вообще нужна эта история? Сейчас такого уже не услышишь.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: zogak.ru и zogak.ru в студии МПГУ. "Профессия - историк". Часть 2-я

Дорогие читатели! Наши статьи рассказывают о типовых способах решения юридических вопросов, но каждый случай носит уникальный характер.

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему - обращайтесь в форму онлайн-консультанта справа или звоните по телефонам, представленным на сайте. Это быстро и бесплатно!

Содержание:

Нужен ли историк государству?

Нет такого историка, который не занимался бы социальной историей. Даже если он будет говорить, что он ею не занимается, я легко объясню, что это не так… Самая актуальная задача — подготовить историков, которые смогли бы работать на базовом уровне, но уже овладев всем богатством новых подходов и методов.

Спрос на таких исследователей будет велик. И ее общественная значимость сейчас осознается в степени даже большей, чем лет 10 — 15 назад. Тогда можно было часто услышать разговоры — в такси, со случайными попутчиками: зачем вообще нужна эта история?

Сейчас такого уже не услышишь. История нужна для обретения и подтверждения собственной идентичности. Есть история у страны, у народа, у социальной группы — они существуют. Если нет — историю за них напишут и объяснят другие, и тогда шансы на выживание у этих групп ли, народов — невелики. Это, кстати, особенно хорошо осознали в постсоветских республиках, где совсем недавно была восстановлена или обретена заново государственность и где идет процесс национализации или суверенизации истории.

В сознании людей есть понимание: прежняя история не устраивает, ее необходимо переосмыслить. Поэтому, к примеру, на Украине, которая не так богата, как Россия, углеводородами, историки зарабатывают больше, чем их российские коллеги — потому что есть убежденность: будущее Украины, сохранение ее национальной идентичности в значительной степени зависит от соответствующей версии исторического прошлого.

Похожие процессы наблюдаются в государствах Средней Азии. В Узбекистане, например, пишутся учебники и обобщающие труды, где весь период с х до года назван колониальным, со всеми вытекающими отсюда последствиями…. Вам не кажется, что все это не лучшим образом сказывается на образе профессии?

На нее болезненно реагирует и общественное мнение, и сообщество историков. Первое вполне естественно, хотя нет ничего изменчивее, чем массовые представления о прошлом. Второе удивляет: ведь было ясно и раньше, и особенно теперь, после всех открытий, сделанных в области интеллектуальной истории, истории памяти, истории историописания — стало очевидным, что историк не фиксирует раз и навсегда картину прошлого.

Он, скорее, выступает как переводчик, который задает ушедшей эпохе вопросы, интересующие его современников. Как шаман, он связывает царства живых и мертвых, только в руках у него не бубен и колотушки, а методики исторического анализа. Если историк будет задавать вопросы, которые не важны его обществу, он просто не будет услышан. Если будет спрашивать только о том, что интересует его современников в данный момент, то окажется журналистом. А вот если сумеет предугадать, что заинтересует общество через лет, он станет интересным историком.

Но при этом есть, конечно, определенные правила: историк должен оставаться ученым, он не должен игнорировать факты, не укладывающиеся в его концепцию. Если он их игнорирует, какой же он профессионал? А если идет на диалог, выслушивает аргументы тех, кто ему возражает, подкрепляет свое мнение источниками и готов его изменить, если критика окажется неопровержимой, тогда — другое дело. Поэтому, кстати, есть надежда, что история не обязательно служит для усиления вражды между народами, она может послужить и установлению согласия.

И он в значительной степени был прав. Ведь почему солдаты четыре года не покидали окопов, стояли насмерть? Во многом это было обусловлено убежденностью: французов — в том, что они отстаивают великую французскую историю, немцев — в том, что они отстаивают великую германскую историю.

Были, конечно, и другие причины, но в значительной мере именно работа историков, столь удачно создававших национальные версии истории, привела к катастрофе Первой мировой войны.

Поэтому историкам так важно научиться договариваться друг с другом, понимать историческую относительность той концепции, которую они берутся отстаивать. Эта работа — важная часть исторической профессии. Как правило, в школе это один из самых увлекательных предметов. Поэтому многие и поступают на исторические факультеты, но затем уходят из профессии.

От чего зависит, станет ли выпускник после окончания вуза ученым-историком, исследователем? В каких случаях интерес становится профессиональным? Кто-то занимается историей из чувства вполне понятного эскапизма — уходит от не устраивающей его действительности. В нашей стране это чувство развито особенно и объясняет, почему люди работают в исследовательских учреждениях за символическую заработную плату и при этом чувствуют себя комфортно.

Некоторые тоскуют по упорядоченному научному знанию и духовной жизни, эта сфера кажется им не такой меркантильной. Наша традиция образования связана с такими понятиями, как служение, миссия. А историк часто воспринимается как носитель некоего особого знания, призванного сделать людей лучше.

Есть, кстати, те, кто, получив историческое образование, устраивается в коммерческие фирмы, а затем идет в научные институты просто потому, что им нужно чем-то еще заниматься, история для них — отдушина.

Любопытно, что интересные историки получаются из получивших первое техническое образование — окончивших Физтех, Менделеевку и т. У них сильная исследовательская жилка, и в истории они достигают больших высот. А вот из толкинистов, которые, казалось бы, увлечены темой прошлого, почему-то редко получаются историки.

Наверняка это работа в архивах с документами — ежедневный кропотливый труд. Есть две традиции. Одни считают, что не дело читателя разбираться в сложностях и трудностях, с какими историк сталкивается в работе. Другие, напротив, полагают, что то, как историк пришел к выводам, не менее интересно, чем сама история, и намеренно включают рабочие детали в повествование — образно говоря, строительные леса не убирают.

Порой намного интереснее следить за тем, как человек идет к своим выводам, чем смотреть на результат работы. Как в детективе, ты следишь за автором, видишь, где он ошибался, заходил в тупик и т. Почему, например, так популярна археология? Не только потому, что там интересные находки — привлекает именно романтика поиска.

Движение человеческой мысли интереснее, чем готовые ответы. Появляются ли какие-то технические новшества? Колоссальный сдвиг за последние годы произошел в той же археологии. В прошлом остались те полевые экспедиции, в которых, к примеру, я участвовал еще лет назад, размахивая совковой лопатой. Археологи сейчас оснащены компьютерами, новыми приборами и совершают открытия, не разрушая памятников, следуя так называемым малоинвазивным методам.

В более традиционных областях истории тоже перемены — за счет интернета все более доступными становятся базы данных, а то и оцифрованные архивные документы.

Хотя с российскими архивами сейчас работать даже сложнее, чем при советской власти: в течение недели можно посмотреть ограниченное количество документов.

Но это, думаю, связано не с тем, что что-то специально закрывают, а с тем, что работать в архивах некому. Вообще же история — хотя многие с этим спорят — кумулятивная наука: новое здесь не отменяет старое, а добавляется к нему. И, так или иначе, критерии профессионализма те же — следование традиционным правилам и принципам. Одно дело, если историк идет в архив и читает настоящую скоропись XVI века, и совсем другое — когда изучает, что сказал какой-нибудь американский историк. Я наблюдал это во всех коллективах, с которыми мне приходилось работать.

Что касается подготовки студентов, то сюжеты здесь очевидные — с одной стороны, уровень подготовки сильно упал из-за тестовой системы ЕГЭ, с другой — у студентов сейчас гораздо больше информационных возможностей, чем было раньше. Любой факт они могут тут же проверить по Википедии, и это заставляет преподавателей иначе относиться к работе.

Есть исследование американского антрополога Маргарет Мид по типологии детства, согласно которому различается три типа культур: общество может быть постфигуративное, когда взрослые учат детей, конфигуративное, когда дети учат друг друга, и префигуративное, когда дети учат взрослых. Сейчас как раз очень ярко себя проявляет третья модель — студенты могут многому научить преподавателя: как пользоваться социальными сетями, работать в Интернете и т. В чем особенности работы историка, специализирующегося на социальной истории?

Что означает термин? Даже если он будет говорить, что он ею не занимается, я легко объясню, что это не так. Ведь к истории приложимо название социальной, если ученый исходит из понимания, что в основе исторических событий и явлений лежат глубинные процессы, происходящие в обществе. В узком же смысле термин утверждается в XX веке и подразумевает изучение именно социального устройства. Попробую пояснить.

До определенного времени историк, изучавший, допустим, Французскую революцию, давал некий очерк социального устройства Франции, а затем описывал события начала революции, якобинской диктатуры или прихода к власти Наполеона как результат борьбы за свои права третьего сословия, мелкой буржуазии — или как стремление новой элиты к стабилизации политической обстановки.

Но вот появляются историки, которые уже ничего не пишут ни о Наполеоне, ни о Робеспьере, ни о Лафайете, но скрупулезно анализируют, что представляло собой французское общество, на какие оно делилось слои и группы, какие отношения и противоречия существовали между этими группами. А описав, ставят точку, полагая, что все самое главное для понимания Французской революции они сделали. Таким историком был, к примеру, Иван Васильевич Лучицкий, более ста лет назад блестяще описавший положение французского крестьянства накануне года, что задавало особое понимание революции.

Таков сегодня историк Борис Николаевич Миронов, проанализировавший уровень благосостояния жителей Российской империи и тем самым предопределивший новое понимание природы революции года. Социальным историком был и Фернан Бродель, начавший писать историю Средиземноморья времен испанского короля Филиппа II, но до самого монарха добравшийся лишь к концу третьего, последнего тома монументального труда.

Большую и лучшую часть книги он посвятил тому, какой ландшафт окружал жителей Средиземноморья, как они возделывали землю, какова была структура их семей, какие были торговые пути, как распределялось богатство. Социальная в узком смысле слова история предопределяла повышенный интерес к новым типам источников, какие ранее историков не очень интересовали: к налоговым описям, земельным кадастрам, коллекциям нотариальных актов, приходским книгам. Так постепенно развивалась эта история, более ценившая не уникальное, единичное, но, напротив, повторяющееся, закономерное.

Исследователей начинали интересовать новые сюжеты: массовые представления о бедности и богатстве, чести и бесчестии, о смерти и загробном мире, о мужском и женском, о детях и стариках. Впоследствии этот интерес вылился в формирование особых направлений: истории ментальностей, исторической антропологии, интеллектуальной истории, исторической демографии, гендерной истории и многих других. В итоге за последние три десятилетия сложилась парадоксальная ситуация: историков становится все больше, появляются новые предметы и направления исследования, а центральными вопросами занимаются все меньше и меньше.

Но ведь это самый центр современного исторического знания. Без него историческое сообщество распадется на практически изолированные друг от друга группки. А в общественном спросе на социальную историю сомневаться не приходится, достаточно посмотреть по сторонам. Самая актуальная задача — подготовить историков, которые смогли бы работать на базовом уровне, но уже овладев всем богатством новых подходов и методов.

Почему, допустим, историк, отучившийся в специалитете, должен идти в магистратуру по истории, а не в аспирантуру? Для них это возможность продолжить образование в столице. Тем более — бюджетных мест на нашем факультете абсолютное большинство. Полагаю, что и у нас на первых порах около 60 процентов набора составят выпускники региональных вузов. В магистратуру по истории могут поступать и выпускники бакалавриата других направлений подготовки — социологии, менеджмента, экономики и т.

Для них предусмотрены адаптационные курсы. Что касается выбора между магистратурой и аспирантурой, то в наших вузах аспирантура — это в большей степени возможность для самостоятельной работы.

Значимость профессии историка в обществе

Многие вопросы и само отношение к современному историческому образованию тесно связаны с процессами второй половины х годах, когда начались серьезные преобразования в обучении истории. В Казахстане это было связано, прежде всего, с демократическими процессами, позволившими по-новому рассмотреть исторические процессы, вывести из тени имена великих исторических деятелей,. Каково положение в этой сфере на сегодняшний день нам рассказала заведующая кафедрой истории Казахстана ЕНУ им.

Информация была необходима и нужна сейчас для того, чтобы познавать окружающий мир, научиться с ним взаимодействовать и улучшать качество собственной жизни. С развитием человечества возникла потребность в дифференциации труда и знаний, наука стала прикладной, а знания специальными. Ушли в прошлое всезнающие философы, а им на смену пришли узкие специалисты.

Нет такого историка, который не занимался бы социальной историей. Даже если он будет говорить, что он ею не занимается, я легко объясню, что это не так… Самая актуальная задача — подготовить историков, которые смогли бы работать на базовом уровне, но уже овладев всем богатством новых подходов и методов. Спрос на таких исследователей будет велик. И ее общественная значимость сейчас осознается в степени даже большей, чем лет 10 — 15 назад.

Профессия - историк

Профессия историка не такая скучная, как может показаться. Современный специалист изучает и фиксирует данные о глобализации, миграции, технологических революциях и не только. Рассмотрим, где он может работать и строить карьеру. Среди первых историков наиболее известным является Геродот. Он вел сбор документальных материалов, самостоятельно занимался проверкой их достоверности и упорядочивал их, приводя к форме рассказов. Его труд был высоко оценен знаменитым римским оратором и государственным деятелем Цицероном. В России, как и в западноевропейских странах, у истоков исторической науки стояли произведения, изложение событий в которых шло строго по хронологии зарубежные историографы именуют их хрониками, а наши — летописями. В этих сочинениях уже прослеживаются первые попытки научного анализа.

Историк: учеба, работа и перспективы

Они также общаются со многими коллекционерами, влиятельными и знаменитыми людьми. Труд историка, если он не археолог практически полностью умственный. Мозг никогда не скучает, а постоянно в поиске нового и запоминании старого. Различные путешествия — своеобразный бонус.

Историю называют наставницей жизни, ведь чтобы уверенно строить будущее, человек должен знать о своем прошлом.

.

Значимость профессий для общества

.

ПОСМОТРИТЕ ВИДЕО ПО ТЕМЕ: zogak.ru и zogak.ru в студии МПГУ. "Профессия - историк". Часть 1-я

.

.

Сегодня, ссылаясь на потребности нашего общества, мы говорим о влияние на формирование выбора профессии школьника.

.

.

.

.

.

.

.

Комментарии 5
Спасибо! Ваш комментарий появится после проверки.
Добавить комментарий

  1. kingcumbba90

    Читаю коментарии. Пока у нас такой народ такие же и менты и юристы будут. Человек перестал быть человеком

  2. fitougvi

    Древняя истина: заёмщик становится рабом у заимодавца.

  3. barflessclim

    Отсидишь пять лет а потом предмет твоего сидения скажет ,наверное я тебя люблю, Просто эти твари хотят превратить женщину в последнюю сучьку , ну что же бог им в ребро

  4. Богдан

    А разве прописка сейчас обязательна?

  5. Римма

    И Вам всего наилучшего!

© 2018-2019 zogak.ru